Что общего между феериями Жоржа Мельеса, космическими баталиями «Звездных войн» и произведениями киноавангардистов? Аттракционность — такой ответ некогда озвучил американский исследователь Том Ганнинг, предложив увидеть в первых фильмах рубежа XIX–XX веков особую и ныне почти утраченную формулу искусства. Татьяна Бакина предпринимает маленькую киноархеологическую экспедицию в поисках артефактов этой старинной аттракционной культуры.
Трудно отыскать нечто менее заманчивое в ассортименте современных аттракционов, чем 4-5-7-D-кинобудки. Если в начале десятилетия скопление отчаявшихся до третьесортных приключений энтузиастов еще можно было заметить у этих неповторимо китчевых сооружений, обещающих новый зрительский опыт, то сейчас кино-аттракционы со все возрастающим уровнем измерений интересуют разве что маркетологов-неудачников и узкоспециализированных гиков киноисследований. Но в попытках угнаться за artsy-кинематографом иногда забываешь, что кино — и есть аттракцион с долгой историей.
В середине 1980-х американский киновед Том Ганнинг пытался научить нас видеть в раннем кинематографе 1890-1900-х нечто большее, чем просто недозревшую форму кино, спровоцировав своей статьей появление термина «кино аттракционов». По мысли Ганнинга, это первый этап развития кинематографа — от возникновения первых кинолент Томаса Эдисона и братьев Люмьер до становления кинобизнеса в 1910-х. Будь то люмьеровские документальные зарисовки длиною в 50 секунд или 13-минутные декоративные феерии Жоржа Мельеса — раннее кино было для зрителей именно аттракционом, ненарративным развлечением, которое и демонстрировалось соответствующим ярмарочным образом до возникновения первых специализированных кинозалов.
Кинотеатров действительно не было: первые фильмы показывали в мало подходящих для этого местах, начиная с подвалов и залов кафе до балаганных шатров. Что грозило возникновением пожаров — нитроцеллюлозная пленка горела лучше и быстрее бумаги, особенно хорошо она горела при долгом пребывании на свету проекторной лампы, так что киносеансы иногда заканчивались серьезными происшествиями.
Наиболее ранними кинозалами, как ни странно, стали предназначенные для одного зрителя «Кинетоскопы Парлор», помещения, оборудованные кинетоскопами Томаса Эдисона. Первое такое заведение открылось 14 апреля 1894 года в Нью-Йорке, а затем продолжило экспансию в другие города США и, чуть позже, в столицу Великобритании. Аттракцион оказался популярным, но не имел широкого резонанса, в отличие от первого киносеанса братьев Люмьер полутора годами позднее. Все-таки коллективный опыт просмотра у Люмьеров оказался более понятным и привлекательным для аудитории, нежели система индивидуального просмотра фильма через окуляры эдисоновских кинетоскопов.
Создать с помощью раннего кино аттракцион по форме, а не только по своей сути, удалось не только Томасу Эдисону, но и другому американскому изобретателю Джорджу Хейлу, запатентовавшему в 1904 году новый вид развлечения под названием Hale’s Tours and Scenes of the World — симулятор кругосветного путешествия. Небольшое помещение имитировало железнодорожный вагон, и оборудовалось особыми механизмами, с помощью которых можно было создавать иллюзию движущегося по рельсам поезда, включая тряску, стук колес и прочие необходимые эффекты. Внутри помещения устанавливался экран, куда проецировались киноленты, снятые в разных уголках мира и демонстрирующие зрителям завораживающие виды, как если бы они видели эти пейзажи из окна поезда.
Этот аттракцион снискал славу, так что подобные симуляторы стали появляться в Европе и Азии. Но, как и любые технологические новинки, формат «Кругосветных путешествий Хейла» вскоре устарел: репертуар обновлялся нечасто, а кинематограф к началу 1910-х постепенно переходил к производству полнометражных игровых фильмов. Что было куда заманчивее, нежели поднадоевшие полудокументальные пейзажи.
В ходе своей эволюции кинематограф, разумеется, максимально отдалился от своей аттракционной праформы, и, тем не менее, в определенные критические моменты истории кино вновь и вновь испытывает тягу к техническим эффектам, к потребности удивлять зрителя внекинематографическими приемами и фокусами.
Впервые текст был опубликован в онлайн-журнале Школы Дизайна «Ризома», выходившем под редакцией Татьяны Бакиной.
