Содержание
Концепция Воительницы XIX века Глава 1. Женщина как аллегория Глава 2. Сексуализированная воинственность Глава 3. Жанна д’Арк Глава 4. Разрушение героического образа Глава 5. Политический субъект Воительницы XX века Глава 1. Образ в пропаганде Глава 2. Массовая культура Глава 3. Критика образа Вывод Источники
Концепция
Тема исследования выбрана потому, что образ женщины-воительницы позволяет проследить, как в искусстве менялись представления о женской силе, роли женщины в обществе и допустимых формах женской субъектности. Эта тема особенно интересна тем, что в XIX веке женщина-воительница чаще всего изображалась как символ, миф или исключение, а в XX веке всё чаще становится конкретной личностью, носительницей собственного голоса и политической позиции. Через сравнение произведений двух эпох можно увидеть не только эволюцию художественного языка, но и изменение культурных представлений о женщине, а также связь этого процесса с развитием феминизма. Дополнительно в исследовании я учитываю, что образ женщины-воительницы формируется не только в раках художественной традиции, но и под влиянием более широких культурных механизмов, таких как идеология, религия, политическая пропаганда и массовая культура. Это позволяет рассматривать произведения искусства не изолированно, а как часть сложной системы репрезентации, в которой визуальные образы отражают и одновременно формируют общественные представления о гендере. Материал для визуального исследования отбирается по нескольким принципам. Во-первых, учитываются только существующие произведения искусства с установленным авторством и названием. Во-вторых, в выборку входят работы XIX и XX века, чтобы можно было сопоставить классические и современные способы изображения женщины-воительницы. В-третьих, отбираются произведения, в которых женский образ связан с темой силы, борьбы, оружия, защиты, сопротивления или военной символики. В-четвёртых, в исследование включаются не только прямые изображения женщин с оружием, но и более широкие визуальные образы, где воинственность выражена через костюм, символику, взгляд или композицию.
Принцип рубрикации исследования строится по хронологическому и смысловому признаку одновременно. Сначала рассматриваются произведения XIX века, где образ женщины-воительницы чаще связан с мифом, аллегорией, национальной идеей или романтическим героизмом. Затем анализируются работы XX века, в которых женщина-воительница изображается более индивидуально, современно и разнообразно, часто в связи с темами идентичности, феминизма, социальной борьбы и культурной памяти. Текстовые источники подбираются по принципу надёжности и исследовательской ценности. В первую очередь используются музейные описания, статьи искусствоведов, каталоги выставок и академические исследования, потому что они дают точные данные о произведении и помогают избежать случайных интерпретаций. Во вторую очередь привлекаются тексты о феминизме, истории женской репрезентации в искусстве и культурной роли женщины в XIX–XX веках. Особое внимание уделяется материалам, которые помогают связать художественные образы с социальным и историческим контекстом эпохи.
Воительницы XIX века
Глава 1. Женщина как аллегория Идея: женщина = символ
Эжен Делакруа, «Свобода, ведущая народ» 1830
Аллегорическая фигура: полуобнаженная, с флагом и ружьем, шагает по трупам. Делакруа смешивает черты древней богини и храбрость простой женщины, олицетворяя народную революцию. Образ одновременно сильный и идеализированный: она стоит выше толпы, почти как мифическая проводница, что делает её не «реальной воительницей», а фигурой национального мифа.
Питер Николай Арбо, «Валкирия» 1869
Валкирия — божество, она выбирает павших героев и сопровождает их в Вальхаллу. Это персонифицированная сила судьбы, в которой женское начало связано с властью над жизнью и смертью, но не с политическим действием в человеческом мире. Её броня и закрытый шлем создают дистанцию — в отличие от полуобнажённых амазонок, валкирии одеты «целиком», что делает их менее эротизированными и более «недоступными».
Ганс Макарт, «Валькирия и умирающий герой» 1870‑е
Женщина-воительница здесь — фигура перехода между жизнью и смертью, её жест (потенциальный поцелуй) одновременно напоминает «поцелуй жизни» и «поцелуй смерти». Макарт акцентирует внимание на мистическом, а не боевом аспекте: валькирия изображена в шлеме с крыльями или перьями, в длинном платье, а её руки заняты умирающим героем, что подчеркивает её роль провожатого.
Валькирия, Михаил Врубель 1899
Афина Паллада, Франц фон Штук 1898
Глава 2. Сексуализированная воинственность Идея: сила сочетается с объектностью
Ансельм Фейербах, «Битва амазонок» 1870–1873
Амазонки вооружены щитами, копьями, и позы мало отличаются от мужчин — гендер читается через обнажённые части тела и волосы. Обнаженной грудь — здесь это уже не только эротика, но и знак уязвимости. В отличие от традиции, центр — не герои, а завал из мертвых и раненых.
Франц фон Штук, «Амазонка» (Amazone, серия живописных и скульптурных вариантов, 1890‑е)
Амазонка Франц фон Штука — типичная роковая женщина: граница между эротикой и угрозой размыта. Сочетание высоких шлема, копья и абсолютно обнажённого торса подчёркивает мужской взгляд — доспехи защищают её как воительницу лишь частично, зато максимально выставляет на показ сексуальность.
Глава 3. Жанна д’Арк Идея: появляется личность, но еще миф
Жан Огюст Доминик Энгр, «Жанна д’Арк на коронации Карла VII» 1854
Энгр изображает Жанну не на поле боя, а на триумфальной церемонии. Она стоит в роскошных, почти театральных доспехах, с длинными волосами (тем самым смягчая «маскулинность» её воинского образа), в окружении придворных и святых. Её поза торжественна, взгляд устремлен в небо. Это образ патриотической героини.
Поль Деларош, «Жанна д’Арк, больная, допрашиваемая в тюрьме кардиналом Винчестером» 1824
Здесь женщина‑воительница лишена доспех, оружия и армии, её воинственность «снята», но сохраняется внутренняя стойкость — взгляд устремлен вверх, к невидимому источнику света. Её «битва» — борьба за собственный голос перед патриархальной властью. Связанные руки, подчеркивают физическое подчинение, но световая аура вокруг головы маркирует её моральное превосходство.
Жюль Бастьен-Лепаж, «Жанна д’Арк» 1879
Это образ простой девушки, одержимой идеей. Бастьен-Лепаж отказывается от парадности. Его Жанна — прежде всего крестьянка, нервная, реальная. Ее воинственность — не в доспехах (их здесь нет), а в напряжении воли, в болезненном прислушивании к «зову». Это психологический портрет женщины, чья миссия разрушает её внутренний покой. Это акцент на человеческой, уязвимой стороне героини.
Данте Габриэль Россетти, «Жанна д’Арк» 1882
Доспехи выглядят не как боевая экипировка, а как театральный реквизит. Меч прижат к груди, как крест — это уже «мистическая воительница», а не военачальница, что хорошо иллюстрирует ограничение, которое мужская культура XIX века накладывала на женскую субъектность: героиня может быть святой, музой, символом, но редко — реальным стратегом.
Глава 4. Разрушение героического образа Идея: женщина = участник насилия
Франсиско Гойя, «И они свирепы» (Y son fieras, «И они — дикие звери», «Бедствия войны», офорт, 1810–1815)
В отличие от художников XIX века, Франсиско Гойя отказывается от героизации войны. Его женщины не аллегории и не мифологические фигуры, а реальные участницы насилия. Это один из первых шагов к появлению образа женщины как субъекта, который станет ключевым в XX веке. Закатанные рукава, простая юбка и голые ноги — маркеры крестьянского происхождения.
Франсиско Гойя, «Ну и эти не хотят» (офорт серии «Бедствия войны»)
Глава 5. Женщина как политический субъект Идея: женщина действует по собственной воле
Поль Жак Эме Бодри, «Шарлотта Корде» 1860–1861
Картина создаёт сложный и неоднозначный образ женщины: Решительность и убеждённость — она действует не импульсивно, а из идейных соображений (Корде считала, что спасает Францию). Внутренний конфликт — в её лице можно уловить напряжение, но не панику. Моральная двойственность — она одновременно и преступница, и человек с убеждениями. Художник словно показывает, что женщина может быть не только мягкой и покорной, но и носителем идеи, способной на радикальные действия. На стене висит карта Франция — это прямое указание на политический контекст — действие происходит не просто в комнате, а «внутри судьбы страны».
«Бритомарт освобождает прекрасную Аморет» Уильям Этти 1833
Визуальная иерархия: женщина сверху → власть Мужчина снизу → поражение, унижение Это перевернутый мир, где женщина — субъект, а не объект. Обнажённая женщина в цепях: возможный символ угнетенного народа или «прежнего» состояния женщины — подчиненности.
Воительницы XX века
Глава 1. Коллективный образ в пропаганде Идея: женщина как функция идеологии
Ираклием Тоидзе 1941 года.
Аллегорическая «мать-воительница» в красном платье, одновременно мать солдата, богиня-покровительница и командир, призывающий к мобилизации против нацистского вторжения. Женский образ здесь не «замещает» солдата, а воплощает саму Родину как существо, имеющее право требовать жертвы.
Неизвестный художник, плакат «Women Workers, Take Up Your Rifles!» 1917-1920-е
В раннем советском дискурсе женщина-рабочая получает право на оружие как часть «классовой армии», но её образ всё ещё коллективистский, без индивидуальной психологии — это типаж, а не характер.
Norman Rockwell, «Rosie the Riveter» 1943
William Haskell Coffin, «Joan of Arc Saved France» 1918 (плакат War Savings Stamps)
Жанна д’Арк как канонический войн, облаченная в рыцарские доспехи, призывает женщин США помогать войне через военные сберегательные марки, то есть участвовать в войне экономически, а не как реальные бойцы.
Глава 2. Массовая культура Идея: двойственные образы
«All Star Comics» 1941
Чудо-Женщина дебютирует как амазонка-принцесса Диана, участвующая в войне против нацизма. Исследователи отмечают, что в военные годы Wonder Woman сражалась с нацистами и пропагандировала демократические ценности, а её браслеты и лассо выполняли функцию «обезвреживания», а не убийства — это делает её образом «моральной» воительницы, сочетающей силу и пацифистский идеал. Автор Уильям Молтон Марстон задумывал её как «идеальную женщину», побеждающую не силой, а любовью, но визуально художник Питер смешивает эротизированную пин-ап эстетику и образ активной воительницы, что делает её и объектом мужского взгляда, и ранней супер-героиней для девочек.
Fiction House, «Sheena, Queen of the Jungle» (с 1938, обложки комиксов)
Шина — одна из первых женских героинь комиксов, появившаяся в 1938 году. Она изображается как воительница-амазонка в леопардовой одежде, держащая копье или нож, в позах охотницы. Обложки показывают её в вырезанном костюме из шкуры, с мускулистыми руками и ногами, часто в момент прыжка или схватки с хищником. Здесь образ женщины-воительницы строится на сексуализации «дикой природы», но в отличие от традиционной «беззащитной девушки в беде» она сама спасает других и владеет оружием — это промежуточный тип между феминистской героиней и мужской фантазией.
Глава 3. Женщина-критика Идея: осмысление и критика образа
Barbara Kruger, «Untitled (Your Body is a Battleground)» 1989
Фраза превращает женское тело в «поле боя» между феминистским движением и патриархальными структурами. Женщина здесь воительница, даже если она не держит оружия — её «оружие» это взгляд и язык.
Вывод
В ходе визуального исследования было выявлено, что образ женщины-воительницы в европейском искусстве. XIX–XX веков претерпевает существенную трансформацию, отражающую изменения в культурных и социальных представлениях о роли женщины. B XIX веке женщина-воительница преимущественно выступает как символическая фигура. Она представлена в виде аллегории, мифологического персонажа или идеализированной героини, чья функция заключается в воплощении абстрактных идей — свободы, нации, судьбы или жертвенности. Даже в изображениях исторических персонажей её образ часто лишён индивидуальной субъектности и подчинён религиозному или патриотическому нарративу. Кроме того, в ряде случаев воинственность сочетается с выраженной эротизацией, что указывает на сохранение мужского взгляда как определяющего механизма репрезентации. Постепенно, к концу ХIX века, происходит изменение в сторону большей индивидуализации образа. Это проявляется в усилении психологической глубины персонажей и внимании к внутреннему состоянию героини. Женщина начинает восприниматься не только как символ, но и как человек, обладающий внутренним конфликтом и собственной волей. В XX веке этот процесс получает дальнейшее развитие, однако не приводит к полной автономии образа. С одной стороны, женщина-воительница становится участником политических и социальных процессов, приобретая черты субъекта действия. С другой стороны, её репрезентация остаётся во многом обусловленной внешними структурами: в пропаганде она превращается в коллективный образ, лишённый индивидуальности, а в массовой культуре — в фигуру, сочетающую силу с визуальной объектностью. Таким образом, эволюция образа женщины-воительницы демонстрирует сложное и неоднозначное движение от символа к субъекту. Несмотря на расширение границ допустимого, женская субъектность в рассматриваемый период остаётся частично ограниченной культурными, идеологическими и визуальными рамками.
Источники
Источники:
Яценко, С. А. Женщины-воительницы в искусстве ранних кочевников // Вестник РГГУ. Серия: Философия. Социология. Искусствоведение. 2018. URL: https://philosophy.rsuh.ru/jour/article/view/177 (дата обращения 21.04.2026).
Шпынёва. Дипломная работа / Санкт-Петербургский государственный университет. [Б. г.]. URL: https://dspace.spbu.ru/bitstreams/c3eee467-008c-444a-8a92-0b9f3244b286/download (дата обращения 21.04.2026).
Сидорова, Н. В. Гендерный подход в современной литературе: взгляд через призму феминизма // Современная литература и общество. — 2021. — № 4. — С. 23–37. (дата обращения 21.04.2026).
Звезда Крама. 2021. URL: https://zvezdakrama.org/geroicheskie-obrazy-zhenshhin-v-mirovoj-zhivopisi (дата обращения 21.04.2026).
Богаченко, Т. В., Максименко, В. Е. Амазонки: античная традиция о воинственных женщинах. Ростов н/Д: Издательство Южного федерального университета, 2011. (дата обращения 21.04.2026).
Серкова О. А. Сравнительно-исторический анализ образов женщин-воинов в средневековых героических эпопеях Германии и Японии // Вестник Томского государственного педагогического университета. 2016. № 5 (170). С. 225–230. (дата обращения 21.04.2026).
