Вдохновением для данной коллекции являлась Хрупкая Природа, которую можно в моменте сломать, но которая восстает из пепла несмотря на все влияние технологий.
Глина это природный натуральный материал. Кружки устойчивые и пригодны для повседневного использования и одновременно хрупкие и могут разбиться. Мотив и дизайн кружек- Природа, которая изменчивая, хрупкая. Все кружки разные, но в их фактуре отражается такая разная природа.
Именно в бытовых вещах показана тоска и связь с Природой и возможность включить ее в быт человека.
Аннотация Проект о том, что природа уязвима: её можно ранить, сломав ветку, но нельзя повторить — как узор коры. Шесть кружек из глины — шесть напоминаний об этой хрупкости. Глина проходит огонь, становится прочной, но может разбиться в любой момент. Как лес, способный исчезнуть за один день. В покрытии — два подхода. Три кружки покрыты молоком снаружи: каждый обжиг даёт уникальный оттенок. Внутри — глазурь. Три другие — с рисунками ангобом под прозрачной глазурью, которая проявляет узоры, не скрывая естественность глины. Фактура отсылает к природе: кора, листва, вода. Мазки и линии нельзя контролировать до конца — они ложатся сами, как ветер на песке. В этом честность материала. Проект возвращает природу в быт. Каждое утро, касаясь кружки, чувствовать тепло земли и помнить: мир хрупок.
Концепция. Самое хрупкое — природа. Мы забываем, пока не начинаем разрушать её. Она уязвима, как первый лед на луже. Кружки легко бьются. В этом их честность. Они проходят огонь, но могут рассыпаться в осколки — как лес, исчезающий за день. Природа хрупка. Мы хрупки. Но пока помним — связь жива.
Зарисовка
Первая кружка
Первая кружка — сердце в кольце коры Я выточила форму на гончарном круге, ручку прикрепила насечками и шликером — чтобы держалась крепко, но выглядела естественно, как молодая ветка. В центре шилом нацарапала сердце в круге, а вокруг скульптурной петлей создавала кору. Сердце, вокруг которого кора, как жизнь — внутри хрупкой коры. После первого обжига покрыла белой глазурью внутреннюю часть и само сердце. Белый цвет — как свет, как тепло, которое мы храним внутри. Снаружи — молоко. Оно дало темный коричневый, неравномерный оттенок, который невозможно повторить. Как невозможен повтор рисунка коры на настоящем дереве.
Вторая кружка
Вторая кружка. — это история про жизнь, которая прячется внутри. Я вылепила форму, а ручку сделала особенной: с перегородкой от кружки к ручке чтобы она напоминала ветку. В стенках кружки прорезала два круглых отверстия. А напротив них, с внутренней стороны, вылепила две маленькие головы голубей. Кажется, будто они заглядывают в эти окошки — выглядывают из своего укрытия. Снаружи кружка стала кустом. Зеленый ангоб лег основой, а сверху кистью я рисовала листья — разными оттенками, живыми, трепещущими. Тонкие веточки оплели форму, спрятали голубей в листве. Получился куст, внутри которого кто-то прячется. Кто-то робкий, живой, как природа, которая стесняется, но всё равно остаётся рядом.
Третья кружка
Третья кружка — о любви, спрятанной под корой. Я сгончарила форму, прикрепила ручку. По центру внешней стороны шилом нацарапала сердце, а вокруг него линиями создала кору — частую, будто скрывающую что-то важное. Внутри — темно-зеленая глазурь. Глубокий цвет леса, тишина, прохлада. А сердце и ручку я покрыла красной глазурью, цвет любви. Там, где кора, — молоко. Оно легло неравномерно, разными оттенками, как и задумано. Молоко принимает фактуру, подчеркивает каждую трещинку, каждый след шила. И каждый раз эффект получается неожиданным — как узор коры на настоящем дереве, который невозможно предсказать. Эта кружка — напоминание: даже у самого грубого, самого старого дерева есть сердце.
Четвёртая кружка
Четвёртая кружка — о первой зелени, о пробуждении. Я сгончарила форму кружки, прикрепила ручку. Покрыла всё зелёным ангобом — как землю, которая ждёт. А потом она начала расцветать. Жёлтым, розовым, светло-зелёным я добавляла мазки — лёгкие, живые, будто первые листья, только что проклюнувшиеся из почек. Каждый мазок ложился по-своему: где-то гуще, где-то прозрачнее, где-то неожиданно смешиваясь с зелёным фоном. Никакого рисунка, никаких границ — только цвет, только ощущение весны. Как будто смотришь на куст в начале мая и не можешь уловить момент, когда почки вдруг становятся листьями. Эта кружка — о доверии к природе. О том, что иногда достаточно просто добавить цвета — и жизнь прорастёт сама.
Пятая кружка
Пятая кружка — о лесе, который виден сквозь время. Я сгончарила форму, прикрепила ручку. С одной стороны нацарапала круг, с противоположной ещё один. Как два окна в разные миры. Внутри каждого круга резцом вырезала ёлку, как в детских рисунках из трёх треугольников. А вокруг, тем же резцом, проводила линии сверху вниз — разной длины и глубины. Так родилась кора. Она прячет ёлки в своей толще. Внутри — эффектарная глазурь, тёмно-зелёная с бирюзой. Глубина леса, сумрак, прохлада. Ручку и ободок я покрыла той же глазурью — чтобы кружкой было удобно пользоваться. Снаружи — молоко в технике молочение. Оно легло на кору мягко, неравномерно, подчеркнув каждый след резца. Как время, оставляющее свой след. Эта кружка — о том, что даже сквозь самую грубую кору прорастает лес.
Шестая фотка
Шестая кружка — о воде, в которой кипит жизнь. Я сгончарила форму, прикрепила ручку. Саму кружку покрыла голубым ангобом — как небо, переходящее в озеро. От ободка вниз потянулись веточки с листьями. А ближе к краю кружки кувшинки обычные и с нимфеями. На ручке — свисающие листья, как будто ивовые ветви касаются поверхности. Внутри, на дне кружки, я нарисовала водоворот — тёмно-голубым ангобом, закручивающимся в глубину. А в этом водовороте — кувшинки, оранжевые рыбки и крошечные звёздочки. Мир, который оживает каждый раз, когда в кружку наливают воду. Сверху — прозрачная глазурь. Она, как гладь озера, скрывает и одновременно проявляет всё, что внутри. Защищает, но оставляет видимым каждый мазок. Эта кружка — о том, что даже в маленькой чашке может поместиться целый пруд с его обитателями.
