Профессиональный путь
Мария Линд — шведская кураторка, критик, исследовательница и педагог. Мария родилась в Стокгольме в 1966 году, росла между Стокгольмом и Сандвикеном. Она получила степень магистра по истории искусства и русскому языку в Стокгольмском университете, затем училась в Whitney Independent Study Program в Нью-Йорке — важной институции для формирования критического и теоретического языка современного искусства.
Мария Линд. Moderna Museet Projects. 1997–2001
Профессиональная траектория Линд очень важна для международного кураторского сообщества 1990-х–2020-х годов. Мария Линд работала куратором Moderna Museet в Стокгольме (1994–1997), была сокуратором Manifesta 2 в Люксембурге (1998), затем возглавляла Kunstverein München (2002–2004), IASPIS в Стокгольме (2005–2007) и магистерскую программу Center for Curatorial Studies в Bard College (2008–2010). В 2011–2018 годах она руководила Tensta konsthall, в 2016 была художественным директором 11-й Гванчжуйской биеннале, в 2020–2023 — советником по культуре посольства Швеции в Москве, а с осени 2023 года является директором Kin Museum of Contemporary Art в Кирунe.
Аполония Сустерсич. Проект Музея современного искусства в Пристгордене. 1999
Среди наиболее заметных проектов Линд обычно выделяют Manifesta 2 (1998), долгосрочную институциональную работу в Tensta konsthall, проект Tensta Museum: Reports from New Sweden, кураторство 11-й Gwangju Biennale The Eighth Climate (What Does Art Do?), а также выставку Future Light в рамках первой Vienna Biennale. Эти проекты демонстрируют две постоянные линии в её практике: с одной стороны, интерес к произведению искусства как к автономному, сложному способу мышления. С другой — внимание к институции, месту, публике, образованию и социальным условиям экспонирования искусства.
Основные тексты и труды
Для Марии Линд письмо — важная часть кураторской практики. Ключевой сборник её текстов — Selected Maria Lind Writing (2010). Издатели книги подчеркивают, что для Линд письмо — это пространство, где она объясняет кураторские решения, развивает идеи и артикулирует связи между искусством, институциями и публичной сферой.
Ещё один из влиятельных её текстов — эссе «The Curatorial». В нём Линд различает просто курирование как профессиональную деятельность и кураторское как более широкое поле отношений, значений, трений и связей. В её формулировке «the curatorial» — это активная среда, которая производит новые связи между объектами, людьми, идеями и контекстами и тем самым способна шевелить искусство, подвергая сомнению существующую иерархию.
Теоретический текст «Situating the Curatorial» важен тем, что Линд уточняет собственную позицию: кураторское для неё включает критику, редактирование, образование, фандрайзинг, институциональную организацию и работу с медиаторами, и при этом не должно заслонять само искусство. После периода, когда кураторское поле стало чрезмерно рефлексировать само себя, Линд настаивает на возвращении внимания к самим произведениям и художественным проектам.
Из более поздних книг стоит упомянуть Konstringar: Vad gör samtidskonsten? (2021). В ней Линд рассматривает двадцать ключевых произведений современного искусства и предлагает понимать современное искусство как инструмент познания времени: оно может быть «зеркалом», «ножом», «губкой», способом прорезать повседневность и увидеть трудные, неочевидные стороны настоящего. Эта книга важна для понимания её кураторской практики. Оттуда ясно, что для Марии Линд арт-объект, в какой бы форме он ни был, является самостоятельной формой знания, а не иллюстрацией на тему и не дополнением к идее.
Избранные кураторские проекты
Manifesta 2
Люксембург, 28 июня — 11 октября 1998 года. Мария Линд была одним из трёх кураторов вместе с Робертом Флеком и Барбарой Вандерлинден.
Manifesta 2 была выстроена вокруг отбора наиболее убедительных молодых художественных практик Европы. Для конца 1990-х это был важный шаг: попробовать отказаться от конкретной кураторской темы и показать многообразие художественных языков новой Европы после Холодной войны. Artforum тогда прямо писал, что кураторы строили выставку не на одной теме, а на выдающихся работах молодых художников.
Саня Ивекович. Women’s House. 1998
Новизна Manifesta 2 заключалась в попытке представить Европу не как стабильное культурное целое, а как подвижное поле художественных позиций. Это был ранний пример того, что позже станет для Линд принципиальным: не навязывать произведениям единую иллюстративную рамку, а позволять им существовать в неоднородном, полифоническом пространстве. В истории Manifesta эта редакция зафиксирована как выставка в пяти музеях, площадках и публичных пространствах, с отдельной медиационной программой для молодёжи.
Одна из самых ярких работ пренадлежала Сани Ивекович на фасаде музея истории Люксембурга: художница нанесла на стеклянный фасад имена женщин, которые на время Manifesta 2 были видимы в публичном пространстве. Это феминистская стратегия переписывания публичной памяти и символического пространства города. Ещё одна работа — проект Алисии Фрамис Dreamkeepers, в котором зритель вовлекался в интимный разговор. Художница приглашала посетителей к беседе за чашкой чая и предлагала «охранять их сны». Это выход искусства из элитарных рамок и стремление к социальным актам, сближению со зрителем.
Художники участники: Саня Ивекович, Таня Остоич, Алисия Фрамис, Анн-Софи Сиден, Оноре д’О, Бьярне Мелгор.
Tensta Museum: Reports from New Sweden
Проект стартовал в Tensta konsthall в Стокгольме в 2013 году и затем развивался как длительная, многоформатная программа до 2019 года.
Вместо того чтобы делать привычную нам выставку, Мария Линд запустила музей как процесс исследования памяти и истории района Тенста — позднемодернистского пригорода Стокгольма, связанного с миграцией, социальной политикой, конфликтами и повседневной солидарностью. Проект посвящён истории и памяти Тенсты и её жителей. Тенста здесь показана как срез шведской истории — от средневековых слоёв до модернистской застройки и современной миграционной реальности.
Мария Линд. Tensta Museum: Reports from New Sweden. 2013–2019.
Главное новшество проекта — отказ от идеи музея как устойчивого хранилища уже признанного наследия. Tensta Museum был временным музеем, который собирал историю на ходу, через художественные заказы, исследования, экскурсии, разговоры, работу с местными ассоциациями и образовательные платформы. Линд пишет, что проект позволял хрупкой организации притвориться музеем, то есть временно взять на себя функцию долговременной институции там, где такой институции не было. Это расширяло представление о том, что вообще может делать художественная институция.
Проект Петры Бауэр Софии Виберг, посвящённый политике слушания — один из самых упоминаемых. В описаниях проекта говорится об инсталляции и серии актов, сделанных в сотрудничестве с Women’s Centre в Tensta-Hjulsta. Позднее этот опыт был оформлен как проект Rehearsals. В нём был совершён сдвиг от привычной политики голоса к вниманию, слушанию и коллективной выработке речи. Не менее значимым был запуск в Тенсте The Silent University Ахмета Огюта — автономной платформы обмена знаниями для беженцев, мигрантов и людей без документов. Этот проект демонстрирует представления Линд о музее, как инфраструктуру для циркуляции знаний и признания компетенций, которые обычно остаются невидимыми. Критики также отдельно отмечали участие Лоуренс Абу Хамдан и Джона Акомфра. Их включение важно, потому что оба художника работают с памятью, свидетельством, миграцией и политикой восприятия — то есть с теми темами, которые Tensta Museum переводил из уровня локальной истории района на уровень более широкого разговора о новой социальной ткани Европы.
Ахмет Огют. The Silent University. 2012
Художники участники: Лоуренс Абу Хамдан, Джон Акомфра, Марва Арсаниос, Тарек Атуи, Петра Бауэр и София Виберг, Фернандо Гарсия-Дори, Ахмет Огют, а также локальные объединения и исследовательские группы. Список сочетал известных в мире художников и местные арт-сообщества.
The Eighth Climate (What Does Art Do?)
Гванчжу, Южная Корея, 2 сентября — 6 ноября 2016 года. Мария Линд была арт-директором в команде кураторов: Бинны Чой, Азар Махмудян, Маргариды Мендеш, Мишель Вонг.
Линд подчёркивала, что название не следует понимать как тему в узком смысле. Оно задаёт параметры разговора: искусство ставится в центр как особая способность воображать будущее, соединять разные масштабы реальности, быть укоренённым в конкретных ситуациях и при этом выходить за пределы привычного рационализма. Источником названия стало понятие «восьмого климата» — «imaginal world, mundus imaginalis». Главным стал вопрос: что делает искусство?
Мария Линд. The Eighth Climate (What Does Art Do?). 2016
Специфика биеннале заключалась в том, что она не растворяла произведения в гигантской идеологической схеме, а, наоборот, пыталась вернуть внимание к их собственной силе действия. Линд говорила, что многие проекты касаются сразу нескольких «нитей» чтения, и эти нити должны не зафиксировать смысл, а открыть возможные траектории интерпретации. Кроме основной выставки, были организованы Monthly Gatherings, Infra-School, программа для товарищей и онлайн-платформа — то есть биеннале мыслилась как сеть художественных, образовательных и дискуссионных форматов.
Один из наиболее заметных примеров, попавших в обзоры, — Томми Штоккель, The Gwangju Rocks: бумажные скульптуры, основанные на 3D-сканах местных камней. В комментарии для прессы именно через этот пример Линд говорила об искусстве как о сейсмографе, чувствующем то, что ещё не стало очевидным для других частей общества. Художественные критики отмечали работы, которые воплощали медиативную, связывающую функцию искусства — ту самую, на которой настаивала Линд. В целом, для этой биеннале были важны не только отдельные звёздные объекты, но и то, как работы создавали поле общих воображаемых связей и политической чувствительности. Именно поэтому проект воспринимался как биеннале без «спектакулярности», но с большим интеллектуальным фундаментом.
Художники участники: Ахмет Огют, Суки Сокён Кан, Кристиан Ньямпета, Праджакта Потнис, Эмили Ройсдон, Амалия Пика, Давид Малькович, Гунилла Клингберг, Адам Пендлтон, Тревор Пэглен и многие другие. Всего в биеннале участвовали более 120 художников и коллективов из 37 стран.
Кураторский метод
На мой взгляд, специфика метода Марии Линд в том, что она соединяет произведение-центричность с контекстной чувствительностью. Это довольно сложный баланс. С одной стороны, она критически относится к ситуации, в которой кураторство начинает говорить главным образом о самом себе, с другой — она никогда не мыслит выставку как контейнер. Для неё кураторская работа — это организация условий, в которых искусство может действовать интенсивнее: через пространство, образовательные программы, редактуру текстов, медиаторскую работу, связи с местным сообществом и даже через институциональный дизайн.
Мария Линд. Everything Can Be Different. Вид экспозиции в Художественном музее Университета Мемфиса, 2002
Что нового она внесла в кураторскую практику? Прежде всего она интерпретировала термин «the curatorial» как идею производства связей. Это оказало влияние на curatorial studies, потому что позволило отойти от восприятия куратора исключительно с менеджерской точки зрения. Линд объясняет кураторство как культурную и политическую практику, работающую с отношениями, конфликтами и новыми формами публичности. Одновременно с этим Мария Линд показала на практике, что «кураторское» не должно перекрикивать каждую отдельную работу или искажать их смыслы ради удобства. Её вклад и теоретический, и институциональный.
Я бы охарактеризовала её практику как исследовательскую, важную для арт-институций, изобретательную, развивающуюся и внимательную. Она умеет работать и с большими международными форматами, и с периферийными пространствами. Где-то это выражалось в соединении локальной укоренённости и глобального разговора. где-то — в попытке поставить искусство в центр, не сводя его к инфраструктурным и менеджериальным задачам. В текстах — в защите идеи искусства преимущественно как формы знания, а не только как культурного сервиса.
Северные страны, Кураторство, Монологи художников, Швеция. 2010
Если свести её метод к нескольким идеям, то это будут: внимание к художественной форме как носителю знания, интерес к институции как к подвижной горизонтальной структуре, ориентация на долгую работу с местом и сообществом, убеждение, что образование и медиация не вторичны по отношению к выставке и позиция, что искусство способно производить новые способы понимания и познания мира. Мария Линд — одна из ключевых фигур поколения кураторов, которое переосмыслило выставку как интеллектуальную и общественную форму мысли.
Источники
