Манифест о воли к жизни, о страсти к жизни, о творческой жизни, о деятельной жизни.
Острая нужда в выходе из бытового сознания и отказ от детерминированности, как следствие, бессилия и апатии. Витальность — главная ценность, акт творения — средство и самоцель одновременно.
Важность ретроспективной и перспективной оптики заместо плоскостной. Необходимость знания, получаемого и передаваемого. Искусство как нечто естественное и человеческое, как воплощение непрерывного акта творения, необходимого везде и каждому, и везде и каждому присущее.
Локация:
- Естественная, стихийная местность
- Городское пространство
Постепенное внедрение и интервенция естественного, творческого в городское. Нарратив заканчивается на Москворецком мосту.
МАНИФЕСТ
Я наблюдаю, я изучаю. Действенней один раз показать, Чем бесконечно изливаться текстом.
Знать, что происходит на другом континенте. Смотреть в чужие окна. Кружево девочки с помойки колышется на створке малой Бронной. Тени Монпарнаса опустились на Подольск. Мир не в плоскости, а в перспективе. Вертикаль, а не горизонталь.
Отдаление. Отдаление ради понимания. Отказ. Отказ от предубеждения.
Я наблюдаю, я отстраняюсь, Я восхищаюсь.
Всё, что есть у человека — это человек, человек в прошлом настоящем и будущем. Фасады зданий и навык пользования вилкой. Симметрия и название реки «Бобрик». Страх приветствия через порог и понимание того, что такое жухлый лист. Идеи и концепции. Философия и белый стих. Всё, чтобы я не прочитала и не узнала, всё, что мне любимо, язык, на котором я говорю — всё это сделал человек.
Очень трогательно. Люди это очень трогательно. Какие-то туфли, какие-то цели, Какие-то сплетения ног. Смеются.
Я жива, потому что есть человек, Я никогда не успокоюсь, потому что есть человек.
Я наблюдаю, я замечаю, Я напоминаю.
Мир хаотичен, мир абсурден, это ключевое необходимое знание, отрицание которого ведёт к встраиванию в существующие чужие системы и мировоззрения, отрицание которого ведёт к потере субъектности и фрустрации. Всё вокруг и внутри придумано и сделано такими же людьми, соглашаться или нет — это выбор. Бытовое сознание опасно. Оно замыливает взгляд. Вера в детерминированность опасна.
Нет кармы, нет смысла, Нет логики, нет решения, Нет справедливости, нет ответа, Ничего нет.
Все мы люди, Все мы в одной лодке. У нас одна и та же проблема.
Я наблюдаю, я сопоставляю, Я вижу.
Апатия, конформизм, бессилие и выученный страх. Осознание и принятие бессмысленности ведёт к пониманию того, что всё возможно, всё поддаётся сомнению, всё правильное и продиктованное, всё монументальное и привычное просто придумано, сделано и конечно, множество вариаций попыток структурировать — просто чьё-то предложение. Оно не априорно.
Нормализация преступления не делает его нормой. Обыденность ужаса не делает его менее ужасным. Романтизация и эстетизация проблемы не устраняет ее. Повсеместность и масштаб одобрения не означает истинность.
Культ страданий — это проблема. Человек не рождён, чтобы страдать. Человек имеет право быть витальным.
Я наблюдаю, я внедряюсь, Я предполагаю.
Конформность и принятие, автоматическое согласие со всем подряд ведёт к потере человека, человека как актора. Рефлекторное пассивное принятие и вера в детерминированность ведёт к отсутствию отвественности, ведёт к отсутствую свободы воли, ведёт к заблуждению в собственной незначимости, ведёт к блокировке акта творения и настоящей жизни.
Всё меняется, Всё движется. Инструкция конечна. Акт творения вечен.
Свобода либо есть везде, либо ее нет. Человек вянет без акта творения.
Я наблюдаю, я слушаю, Я вступаю в полилог.
Незнание — это смерть. Есть проблема замкнутости знания самого в себе, разрыв мира академического и мира повседневного. Дистанцию надо сокращать. Люди имеют право знать. Знание может поддержать и спасти. Знание значимо, приходящее и уходящее. Главное — дискуссия.
Я ничего не навязываю, Никакой дидактики, Никакой идеологии. Никакой прерванной мной неповторимой линии не будет.
Мои работы — лишь опорные точки: Оттолкнуться от одной, Отогнуться на третьей, Оплыть все — Острова.
Я наблюдаю, я изучаю, Я знаю.
Происходит злоупотребление авторитетностью с обеих сторон, механически легитимизирующие ее люди страдают. Вертикальность устарела как модель. Акт творения необходим в политике, в науке, в поднятии вилки со стола. Осознание алогичности мира необходимо. Тогда всё можно ставить под сомнение, тогда можно творить. Тогда можно здороваться через порог. Тогда приходит осознание ответственности и уникальности своей и другого, бесконечных возможностей, интерпретаций и изобретений.
Голый энтузиазм — За авантюру. Акт творения — За обходные пути; Страсть к жизни — За движение.
Инструкции перестали работать. Нужен акт творения.
